Современный период развития института административной ответственности в сфере оборота наркотических средств и психотропных веществ характеризуется большой подвижностью, диктуемой необходимостью административно-юрисдикционной защиты новых общественных отношений, возникших в рассматриваемой области, а также существенной декриминализацией отдельных категорий наркоделиктов, обусловливающей расширение сферы его применения.

Российское законодательство не формулирует понятия административного правонарушения в сфере оборота наркотических средств и психотропных веществ, раскрывающего его социальную сущность и содержание, способствующее правильному пониманию юридической природы деяния, характера и степени общественной опасности (вредности), а также административной политики государства в области противодействия данному явлению (административной наркоделиктности), поскольку использует понятие общего порядка - административное правонарушение.

Административными правонарушениями в сфере оборота наркотических средств следует признавать противоправные, виновные (умышленные или неосторожные) и наказуемые деяния, посягающие на общественные отношения в области охраны здоровья и благополучие населения, общественную нравственность, выражающиеся в нарушении установленных государством правил оборота наркотических средств и связанные с незаконным распространением и потреблением этих средств.

Анализ административных правонарушений в сфере оборота наркотических средств и психотропных веществ предполагает исследование компонентов, отражающих его признаки и юридические составы. В соответствии со ст. 2.1. КоАП РФ правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Исходным в характеристике правонарушений является понятие деяния. Это акт волевого поведения. Он заключает в себе два аспекта поведения: действие либо бездействие. Действие есть активное невыполнение обязанности, законного требования, а также нарушения запрета. Бездействие есть пассивное  невыполнение обязанности. Часто одни и те же обязанности могут быть нарушены как действием, так и бездействием.

В законодательном определении понятия административного правонарушения подчеркиваются черты, признаки, которые и характеризуют любое противоправное деяние именно как административное правонарушение: противоправность, виновность и наказуемость. Вместе с тем общеизвестно, что правонарушение характеризуется посягательством на определенные объекты общественных отношений и является «антиобщественным деянием, которое повлекло или могло повлечь наступление вредных последствий».

Современная формулировка понятий административного правонарушения и уголовного преступления, приводимых ст. 2.1 КоАП РФ и ст. 14 Уголовного кодекса РФ, дает новый повод для продолжения дискуссии по поводу того, являются ли административные правонарушения общественно опасными или общественно вредными. Законодатель в качестве основного признака уголовного преступления ввел критерий его общественной опасности (ст. 14 УК РФ) и разделил все преступления в зависимости от характера и степени общественной опасности на четыре категории (ст. 15 УК РФ). В связи с этим представляется, что сам критерий «общественная опасность» может быть отнесен только к преступным деяниям. Видимо, поэтому в статье 2.1 КоАП РФ при определении понятия «административное правонарушение» не указывается на общественную опасность действий (бездействия), признаваемых административными правонарушениями.

Во-первых, давая определение административного правонарушения,    КоАП РФ не называет его общественно опасным, указывая только признаки противоправности, виновности и административно-правовой наказуемости.

Во-вторых, Уголовный кодекс РФ в ч.2 ст. 14 говорит о том, что «не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного настоящим Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности». Это прямо свидетельствует о позиции законодателя, считающего общественно опасными только преступления. КоАП РФ не увязывает административные правонарушения с признаком общественной опасности. КоАП РФ, как и КоАП РСФСР, употребляет другое понятие – «вредные последствия» (ст. 2.2, ч. 1 ст. 4.2), что и позволило ввести в научный оборот признак общественной вредности административного правонарушения.

Содержанию этого признака, однако, не противоречит его пониманию как «меньшей» по сравнению с уголовно-правовыми деяниями общественной опасности. Законодательство свидетельствует в пользу этого: наличие целого ряда пограничных составов преступлений и административных правонарушений и их разграничение по оценочным или формально-стоимостным критериям; придание мерам административной ответственности статуса наказаний; частичное совпадение (а по административному штрафу даже превышение) количественных характеристик отдельных административных и уголовных наказаний; исключение из круга задач современного законодательства об административных правонарушениях воспитательного элемента (как и в УК РФ) и т.д. Веским доводом в пользу общественной опасности административных правонарушений следует расценивать также установление (хотя и в единичных случаях, в порядке исключения) уголовной ответственности при неоднократности соответствующего административного правонарушения (ст. 5.37 КоАП и ст. 154 УК; ст. 14.10 КоАП и ч. 1 ст. 180 УК).

Трудно согласиться с утверждениями об отсутствии общественной опасности в административных проступках. Признак общественной вредности или общественной опасности административных правонарушений указывает на их материально-функциональную, негативную сторону. Это оценка государством результата подобных явлений. Можно сказать, что признаки общественной опасности или общественной вредности рассматриваются как оценочные понятия, которые в одинаковой мере могут характеризовать уголовные преступления, административные правонарушения, дисциплинарные проступки и гражданско-правовые деликты. Это зависит от того, как определять объем и содержание этих понятий. С позиции формальной логики качественно различным признакам явлений должны соответствовать разные наименования.

Несмотря на то, что общественная опасность некоторых, на первый взгляд, вполне безобидных правонарушений не столь очевидна как опасность преступлений, в своей массе они приобретают это качество. То есть общественная опасность отдельных административных проступков характеризуется масштабом вредных последствий, которые они несут.

Различие между административным правонарушением и преступлением проявляется не только в количественных, но и качественных факторах.

Степень общественной опасности изменяет качественную юридическую характеристику правонарушения. Наверное, следует поддержать точку зрения тех, кто выступает за меньшую по сравнению с преступлениями степень общественной опасности административных правонарушений. Именно в зависимости от характера и степени общественной опасности законодатель рассматривает то или иное деяние либо как преступление, либо как административное правонарушение. Разумеется, что административные правонарушения менее опасны, чем преступления. Однако нет оснований недооценивать их общественную опасность.

Вопрос о степени общественной опасности или вредности потребления наркотических средств или психотропных веществ, рассматриваемого в качестве административного правонарушения, выходит за рамки чисто правовой проблемы. К данной проблеме можно подойти с позиции декриминализации отдельных наркоделиктов. Как мы знаем, значительная группа общественных отношений в сфере оборота наркотических средств и психотропных веществ берется под охрану как уголовным, так и административным законодательством. Основу криминализации составляет наличие в деянии общественной опасности, распространенность деяний и способность бороться с такими деяниями уголовно-правовыми средствами. Проведенная законодателем частичная декриминализация такого вида общественно опасных деяний, как незаконное приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка без цели сбыта наркотических средств или психотропных веществ, в зависимости от их новых видов и размеров, признававшиеся ранее преступлениями, переводятся законодателем в разряд административных правонарушений. Декриминализация деяний предполагает возможность достижения целей уголовного наказания без его применения, когда эти цели могут быть достигнуты иным путем. Следовательно, основанием декриминализации должно являться отсутствие оснований для криминализации, т.е. деяния должны потерять общественную опасность.

Однако напомним, что Концепция национальной безопасности Российской Федерации упоминает в качестве угрозы национальной безопасности «рост масштабов немедицинского потребления наркотиков в стране», т.е. и рост административных правонарушений.

Трудно возразить против утверждения по поводу опасности потребления наркотических средств и психотропных веществ без назначения врача. Они способны подорвать здоровье и моральные устои значительной части общества, особенно молодежи, нанести вред существующим общественным отношениям, а в ряде случаев составить угрозу безопасности граждан. Во-первых, они опасны по способу совершения. В частности, неосторожное обращение с потреблением наркотических средств без назначения врача, учитывая их аддиктивный потенциал, в случае чрезмерной передозировки, о чем может не знать потребитель, довольно таки часто является причиной их гибели. Если это является добровольным актом со стороны потребителя, а не эксцессом лица, склоняющего первого к потреблению, что квалифицируется по ч. 2 ст. 230 УК РФ, налицо степень общественной опасности, хотя сам юридический факт не содержит состава преступления. Во-вторых, они обязательно сопровождаются иными наркоделиктами (как административными, так и уголовными) в виде незаконного приобретения наркотических средств и психотропных веществ для личного пользования, поскольку потребители вынуждены совершать противоправные действия с наркотиками прежде, чем их употребить. В-третьих, они, как правило, сопровождаются преступлениями, направленными на приискание средств для приобретения наркотиков или психотропных веществ, как имущественного характера, так и непосредственно посягающими на личную безопасность граждан. В-четвертых, преступления, совершаемые в состоянии наркотического опьянения, нередко носят материальный характер.

Анализ совершаемых нарушений правил оборота наркотических средств показывает, что они имеют различную степень общественной опасности. Так, в одних случаях в результате этих действий могут наступить общественно опасные последствия, квалифицируемые по ст. 2282 УК РФ (в части 1 конкурирующей со ст. 10.4 КоАП РФ), либо могут возникнуть благоприятные условия для наступления таких последствий, квалифицируемые по ст.ст. 10.4, 10.5 КоАП РФ, в других же, наоборот, указанные последствия не наступили и не могли наступить.

С другой стороны, административные правонарушения в сфере оборота наркотических средств и психотропных веществ, определенных гл.гл. 11, 12, 20 КоАП РФ в своей совокупности состоят из 9 статей, содержащих 14 составов наркоделиктов, прямо или опосредованно посягающих на общественную безопасность, предусматривающие более значительные штрафные, а также имущественные и ограничивающие свободу санкции, по сравнению с многими иными составами правонарушений.

Таким образом, выступая в качестве материального признака административного правонарушения в сфере оборота наркотических средств и психотропных веществ, общественная опасность, раскрывающая его социальную сущность, указывает на характер урегулированных правом общественных отношений, которые могут составлять объект правонарушения. Именно данным признаком обусловливается применение административных санкций за совершенное административное правонарушение. Объективный характер, присущий общественной опасности как признаку, указывает на то, что любые общественные отношения, урегулированные правовой нормой, в принципе могут стать объектом противоправного посягательства.

В законодательстве отсутствует понятие состава административного правонарушения, но его содержанием обосновывается правомерность и сущность такого понятия. Состав административного правонарушения - совокупность закрепленных нормативно-правовыми актами признаков (элементов), наличие которых может повлечь административную ответственность.

Состав административного проступка, как и иного правонарушения, образуется из следующих элементов: объекта, объективной и субъективной сторон, субъекта.

Объектом административного проступка являются общественные отношения, складывающиеся в сфере государственного управления и охраняемые мерами административной ответственности. При этом не все управленческие отношения выступают как объект административного проступка, а лишь те из них, которые регулируются административно-правовыми нормами, обеспеченными санкциями в виде конкретных административных наказаний.

Каждое деяние, образующее административный проступок, посягает на конкретные общественные отношения, складывающиеся в определенных областях общественной жизни.

Для характеристики объекта административного проступка важен не родовой, а специальный объект противоправного посягательства, т.е. конкретные отношения, которые регулируются и охраняются административно-правовыми нормами. В ст. 2.1 КоАП РФ определен перечень объектов административных правонарушений, которыми являются государственный или общественный порядок, собственность, права и свободы граждан, установленный порядок управления.

Для определения состава правонарушения необходимо установить, что действиями нарушителя причинен вред конкретным общественным отношениям.

Объективную сторону административного проступка характеризует совокупность внешних признаков и обстоятельств поведения нарушителя (наличие противоправного действия или бездействия, противоправных последствий, причиной связи между противоправным действием (бездействием) и наступившими последствиями). При этом для состава административного проступка в отдельных случаях, предусмотренных законом, не требуется наличия всех указанных признаков. Есть административные проступки, которые не сопровождаются причинением вредных последствий материального характера. Они противоправны и вредны объективно, самим фактом совершения запрещенных правом действий - сквернословие или появление в нетрезвом состоянии в общественных местах, нарушение правил паспортной системы и т.д. Для таких проступков характерно и отсутствие причинной связи.

Как мы уже знаем, в главах 5, 6, 10, 11, 12, 17, 19, 20 КоАП РФ сформулированы составы административных правонарушений, связанных с наркотическими средствами и психотропными веществами. Защита отношений в области наркологической безопасности обусловлена конституционным правом каждого на жизнь, личную неприкосновенность, частную собственность на землю, охрану здоровья и медицинскую помощь (ст.ст. 20, 22, 36, 41 Конституции РФ). В первую очередь, это группа общественных отношений, составляющих управленческие отношения, обязательной стороной которых выступает конкретное подчинение органам и должностным лицам исполнительной власти, реализующим в них распорядительные и контрольно-надзорные функции. Органы исполнительной власти, специально уполномоченные на решение задач в сфере оборота наркотических средств и психотропных веществ, оперативно следят за соблюдением установленных законодательством правил оборота, направленных на обеспечение здоровья, нравственности, общественной безопасности, прав субъектов оборота и защиты иных интересов охраняемых отношений.

В то же время представляется необходимым выделить отношения, складывающиеся в сфере оборота наркотических средства и психотропных веществ и регулируемые нормами административного права. Это отношения публичного характера, направленные на обеспечение установленного режима, порядка и условий деятельности всех субъектов оборота наркотических средств и психотропных веществ. Их можно классифицировать по предмету правового регулирования следующим образом:

а) отношения, связанные с обеспечением государственной монополии в сфере оборота наркотических средств и психотропных веществ;

б) отношения, возникающие по поводу несоблюдения правого запрета немедицинского потребления наркотических средств и психотропных веществ;

в) отдельная группа отношений, возникающих по поводу охраны прав, здоровья и воспитания несовершеннолетних;

г) отношения в сфере обеспечения деятельности институтов и органов государственной власти в рассматриваемой области.

В границах обозначенных групп правоотношений имеют место нормы права, устанавливающие административную ответственность за невыполнение запретов относительно общих для этой группы рассматриваемых нами отношений, большая часть из которых устанавливает ответственность за действия, связанные с немедицинским потреблением наркотических средств и психотропных веществ. Их общим предметом являются наркотические средства и психотропные вещества. Поэтому законодатель в КоАП РФ относительно правонарушений в сфере оборота логично и целесообразно использовал понятийный аппарат Федерального закона РФ «О наркотических средствах и психотропных веществах».

Особенная часть КоАП РФ содержит 18 статей, в которых перечислены 27 составов (простых и квалифицированных) административных правонарушений, связанных с наркотическими средствами и психотропными веществами. Их можно условно разделить на следующие группы:

- в сфере охраны прав, здоровья и воспитания несовершеннолетних;

- в сфере охраны здоровья населения и общественной нравственности;

- в сфере сельского хозяйства;

- в области водного транспорта;

- в области дорожного движения;

- в сфере посягательств на институты государственной власти;

- в сфере установленного порядка управления;

- в сфере охраны общественного порядка и общественной безопасности.

Указанные группы правонарушений непосредственно или опосредованно связаны с незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ. Выделение же таких правонарушений в обособленную группу, на наш взгляд, нецелесообразно. В первую очередь мы строим данное утверждение, исходя из тождества предметов правового регулирования сферы наркоделиктности нормами уголовного и административного права. Это особый правовой режим оборота наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов и прекурсоров, основы которого определены Федеральным законом «О наркотических средствах и психотропных веществах». Существующая систематизация указанных норм в УК РФ и КоАП РФ по объектам посягательств более удобна в техническом отношении и способствует повышению эффективности квалификации наркоделиктов, как известно, имеющих зачастую смежные составы.

Таким образом, раскрывая общественную опасность как признак административного деликта, можно сделать вывод, что объектом правовой охраны и содержанием административного правонарушения в сфере оборота наркотических средств и психотропных веществ, будут выступать публичные общественные отношения, которые носят управленческий характер и связаны:

с соблюдением лицом организационных требований, т.е. установленных нормами-правилами (общих правил поведения в сфере государственного управления – правил оборота наркотических средств и психотропных веществ, Правил дорожного движения, судовождения и т.д.);

с соблюдением правовых запретов, установленных регулятивными нормами Федерального закона «О наркотических средствах и психотропных веществах».

Наличие в правообразующем моменте административного правонарушения признака общественной опасности предопределяет необходимость появления таких правовых запретов, составляющих сущность противоправности административной наркоделиктности.

Заметим, должностные лица контрольно-надзорных и административно-юрисдикционных органов часто сталкиваются с определенным противодействием своим законным требованиям, в частности, с отказами от прохождения медицинского освидетельствования на предмет выявления наркотического опьянения и др.

В силу этого к правонарушениям в сфере оборота наркотических средств и психотропных веществ следует отнести следующие составы.

Во-первых, это правонарушения, связанные с непосредственным оборотом наркотических средств и психотропных веществ:

- незаконный оборот наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов (ст. 6.8);

- потребление наркотических средств или психотропных веществ без назначения врача (ст.6.9);

- пропаганда наркотических средств, психотропных веществ или их прекурсоров (ст.6.13);

- непринятие мер по обеспечению режима охраны посевов, мест хранения и переработки растений, включенных в Перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации, и конопли (ст.10.4);

- непринятие мер по уничтожению дикорастущих растений, включенных в Перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации, и дикорастущей конопли (ст.10.5);

- потребление наркотических средств или психотропных веществ в общественных местах (ч.2 ст. 20.20).

Во-вторых, это составы правонарушений, производных от немедицинского потребления наркотических средств или психотропных веществ:

- управление судном судоводителем или иным лицом, находящимся в состоянии опьянения (ст. 11.9);

- допуск к управлению судном лиц, находящихся в состоянии опьянения (ст.11.13);

- управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, передача управления транспортным средством лицу, находящемуся в состоянии опьянения (ст. 12.8);

- нарушение Правил дорожного движения лицом, управляющим мопедом, велосипедом, либо возчиком или другим лицом, непосредственно участвующим в процессе дорожного движения (за исключением водителя механического транспортного средства), совершенное в состоянии опьянения (ч.3 ст. 12.29);

- допуск к управлению транспортным средством водителя, находящегося в состоянии опьянения (ст.12.32);

- появление в общественных местах в состоянии опьянения (ст.20.21).

В-третьих, это правонарушения, направленные на противодействие контрольно-надзорной и административно-юрисдикционной деятельности в сфере оборота наркотических средств и психотропных веществ:

- невыполнение требования о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения (ст.12.26);

- невыполнение законных требований прокурора, следователя, дознавателя или должностного лица, осуществляющего производство по делу об административном правонарушении (ст. 17.7);

- неповиновение законному распоряжению сотрудника милиции, военнослужащего, сотрудника органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ либо сотрудника органов уголовно-исполнительной системы (ст.19.3);

- непринятие мер, по устранению причин и условий, способствующих совершению административных правонарушений (ст. 19.5);

- невыполнение лицом, освобожденным из мест отбывания лишения свободы, обязанностей, установленных в отношении его судом, в соответствии с федеральным законом (ст. 19.24).

Отдельную группу составляют правонарушения, в которых лица, их допустившие, не выступают в качестве их субъектов:

- появление в состоянии опьянения несовершеннолетних, а равно потребление ими наркотических средств или психотропных веществ в общественных местах (ст.20.22);

- неисполнение родителями или иными законными представителями несовершеннолетних обязанностей по воспитанию несовершеннолетних (ст. 5.35).

Среди перечисленных правонарушений, связанных с наркотическими средствами и психотропными веществами, особое внимание обращают на себя две последние нормы, так как они единственные в своем роде дефиниции административного права, определяющие ответственность не за совершение правонарушений, а в связи с ними. Если нормы ст. 20.22 прямо указывают на конкретные обстоятельства привлечения к административной ответственности родителей или иных законных представителей несовершеннолетних, не достигших 16-летнего возраста, за совершение последними наркоделиктов, закрепленных в диспозиции данной статьи, то на основании нормы, содержащейся в ст. 5.35, они могут быть привлечены к ответственности и за совершение их детьми (воспитанниками) иных административных правонарушений, предусмотренных ст. 6.8, 6.9, 6.13, 11.9, 12.8, 12.29, 19.3 КоАП РФ.

Данная классификация административных правонарушений, по нашему мнению, наиболее полно отражает противоправность деяний, составляющих систему административной наркоделиктности в соответствии с действующим законодательством.

Находясь в тесной взаимосвязи с общественной опасностью административного правонарушения, признак противоправности носит формальный характер, поскольку выступает в качестве нормативного выражения общественной опасности. Без его анализа невозможно в полной мере раскрыть социальную значимость административного правонарушения.

Противоправность предполагает закрепление того или иного запрета в норме КоАП РФ (либо принимаемых в соответствии с ним законов субъектов РФ об административных правонарушениях) установлением административно-правовой санкции за его совершение. Отсутствие такой нормы делает невозможным привлечение к административной ответственности и назначение административного наказания. Такие запреты конкретно установлены Федеральным законом «О наркотических средствах и психотропных веществах». Запрет может быть установлен нормами и других отраслей законодательства (конституционного, гражданского, земельного, трудового, семейного и т.д.), однако вид ответственности определяется, исходя из правовой природы установленной меры наказания, в данном случае – административного.

В отличие от общественной опасности, административная противоправность законодательно закреплена в ст. 2.1 КоАП РФ в качестве общеобязательного признака и означает, что опасное деяние того или иного вида закреплено правом, нормами законодательства об административной ответственности под угрозой применения правовых санкций.

Выражение противоправности административного правонарушения в сфере оборота наркотических средств и психотропных веществ связано с внешним актом поведения правонарушителя, совершающего либо действие, нарушающее запрет, установленный административно-деликтной нормой, например, потребление наркотических средств и психотропных веществ без назначения врача (ст. 6.9 КоАП РФ).

Государственное регулирование оборота наркотических средств и психотропных веществ всегда облечено в правовую форму, особенно если это касается части, которая связана с установлением запретов. Поэтому оно носит характер административно-правового регулирования и выступает как одно из направлений административной политики, предполагает такое сочетание методов правового воздействия (предписания, дозволения, запреты), при котором устанавливается приоритет общественных социальных условий и, прежде всего, прав человека и гражданина. Вместе с тем, права и свободы не являются абсолютными и могут быть ограничены законом. Международно-правовые акты и Конституция Российской Федерации закрепляют принцип соразмерного ограничения прав и свобод.

К критериям законного ограничения прав и свобод ч. 3 ст. 55 Конституция относит защиту основ конституционного строя, нравственность, здоровье, права и законные интересы других лиц, обеспечение обороны страны и безопасности государства. Это означает, что «публичные интересы, перечисленные в Конституции, могут оправдать законное ограничение прав и свобод лица, если они адекватны социально значимым целям, т.е. не являются социально чрезмерными».

Обеспечение прав граждан в сфере оборота наркотических средств и психотропных веществ должно быть определено в качестве одной из приоритетных задач органов исполнительной власти, особенно в случае применения ими мер административного принуждения, в том числе административной ответственности.

Таким образом, на основе рассматриваемых положений противоправность как признак административного правонарушения в сфере оборота наркотических средств и психотропных веществ закрепляет и характеризует официальную объективную позицию государства на поведение, причинившее или создавшее угрозу причинения вреда охраняемым общественным отношениям. В то же время внешнее противоправное поведение до тех пор не будет рассматриваться в качестве правонарушения, пока общественная опасность не найдет своего раскрытия с позиции виновности субъекта, совершившего деяние.

Понятие противоправности можно распространять только на сознательные, волевые виновные действия людей. Правонарушение возможно признать противоправным только при наличии вины при его совершении.

Виновность как признак правонарушения закреплена в его понятии, сформулированном в статье 2.1 Кодекса РФ об административных правонарушениях. В статье 2.2 устанавливаются две формы вины – умысел и неосторожность. Определение формы вины имеет важное значение для правильной квалификации противоправного деяния.

Вина в форме умысла присутствует тогда, когда лицо, совершившее деяние, сознавало противоправный характер своего действия или бездействия, предвидело его вредные последствия и желало или сознательно допускало наступление этих последствий либо относилось к ним безразлично. В некоторых статьях КоАП РФ прямо указывается на вину в форме умысла, в других форма вины не указывается, но состав сформулирован таким образом, что дает возможность говорить об умышленной вине.

Большинство составов правонарушений, содержащихся в КоАП, носят формальный характер, т.е. для признания вины в форме умысла достаточно совершения указанного в норме права противоправного действия или бездействия, независимо от того, какие наступили последствия. Не являются исключением в этом смысле и административные правонарушения в сфере оборота наркотических средств и психотропных веществ. Иными словами, при формальном составе правонарушения умышленная вина состоит в осознании лицом противоправности совершаемого действия либо бездействия. Абсолютное большинство правонарушений, связанных с наркотическими средствами и психотропными веществами, совершаются только с умышленной формой вины.

В части 2 ст. 2.2 закрепляется форма вины в виде неосторожности. Правонарушение считается совершенным по неосторожности, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления вредных последствий своего действия либо бездействия, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на их предотвращение либо не предвидело возможности наступления таких последствий, хотя должно было и могло их предвидеть. В данной статье указаны два вида неосторожной вины: самонадеянность, когда лицо предвидело вредные последствия своих действий, но без достаточных оснований рассчитывало на их предотвращение, и небрежность - лицо не предвидело таких последствий, хотя должно было и могло их предвидеть. В формальных составах правонарушений рассматриваемая форма вины может выражаться как в форме неосторожности, так и в форме небрежности, но последняя наиболее распространена.

В отличие от ст. 28 УК РФ, КоАП РФ не содержит дефиниции невиновного причинения вреда, что могло бы привести к значительной экономии административной репрессии.

Характеризуя виновность как обязательный и закрепленный законодательством об административной ответственности признак административного правонарушения в сфере оборота наркотических средств и психотропных веществ, следует учитывать специфику субъекта правонарушения, т.к. содержание вины последнего будет определять содержание и виновности.

Вина физического лица рассматривается как субъективное отношение лица, совершившего противоправное деяние, к факту его совершения. В этой связи КоАП РФ определяет признаки административного правонарушения, совершенного умышленно и совершенного по неосторожности.

Гораздо сложнее формулировать понятие и признаки вины юридического лица, поскольку речь идет о коллективном субъекте и его органе управления. В части 2 статьи 2.1 КоАП РФ намечены контуры понятия «вина юридического лица». В качестве основания для признания юридического лица виновным в совершении административного правонарушения выдвигается следующее положение: если у юридического лица имелась возможность для соблюдения норм и правил, за нарушение которых установлена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению, то оно признается виновным. При этом учитываются признаки вины умышленной и неосторожной.

Таким образом, в качестве субъекта наркоправонарушения могут выступать физические лица, должностные и юридические лица.

Анализ законодательства об административной ответственности показывает, что общим для виновности как признака административного правонарушения является: во-первых, внутреннее психическое отношение субъекта к содеянному, т.е. понимание и осознание лицами недопустимости своего поведения и возникающих при этом последствий; во-вторых, отрицательное отношение к признаваемым обществом и закрепленным в правовых нормах публичным интересам; в-третьих, внешним проявлением в форме умысла или неосторожности.

Следующим обязательным и необходимым признаком административного правонарушения выступает наказуемость. Базируясь на признаке противоправности, т.е. закрепления административной нормой не только правового запрета, но и санкции в случае его неисполнения, наказуемость с теоретических позиций представляет угрозу применения мер государственного принуждения, представленного в санкции к виновным в совершении проступка.

В законодательном определении административного правонарушения наказуемость получила свое раскрытие через административную ответственность, установленную КоАП РФ, законодательная суть которой конкретные меры - административные наказания. Тем самым, предопределена зависимость последней от вида и размера наказания, закрепленного в санкции административно-деликтной нормы.

Установление формы вины имеет важное значение для квалификации административного правонарушения и определения меры наказания нарушителю. Для этой цели законодатель установил относительно-определенные санкции, предполагающие минимальный и максимальный объем наказания. Примечательно, что такие санкции присущи всем административным правонарушениям, связанным с наркотическими средствами и психотропными веществами, что обеспечивает органу административной юрисдикции возможность более гибкого подхода при выборе наказания, где определяющее значение приобретает наличие вины у правонарушителя.