Современные социальные исследования выделяют три уровня доверия. Минимальный уровень представляет доверие человека к самому себе, внутреннюю легитимацию индивидуального мнения и поведения; другой уровень доверия основан на личном опыте отношений человека с иной личностью; третий уровень – институциональное доверие, определяемое отношением человека к государству, его политическим, экономическим, социальным институтам. К сожалению, в российском обществе доверие нередко не преодолевает даже индивидуальный уровень.

Ведущую роль доверия общества к государству отмечали представители классической немецкой социологии М. Вебер и Г. Зиммель, называя его одной из наиболее важных синтезирующих сил.

Основные факторы, формирующие предпосылки прогрессирующего развития наркотизации общества, вопреки распространенному мнению, в большей части обусловлены не низкой эффективностью работы правоохранительных органов, а совсем другими причинами.

Несмотря на то, что их неудовлетворительная деятельность по обеспечению безопасности населения оказывает отрицательное влияние на распространенность наркомании и криминальных проявлений наркобизнеса, однако, в первую очередь речь должна идти о нравственном и социально-психологическом состоянии самого социума. При формировании государственной политики следует исходить из того, что именно права и свободы человека и гражданина определяют смысл законов, их содержание и применение.

На общем фоне правового нигилизма населения, невиданного ранее падения престижа норм морали и права, законности и справедливости активно разрастаются метастазы бездуховной потребительской психологии общественных отношений, ориентации на бесцеремонное разрушение прежних идеалов при отсутствии общественно ценных эталонов поведения.

Общество пока не смогло найти достойных эквивалентов утраченных иллюзий, не сумело заменить их адекватными по значимости для большей части населения ориентирами, способными выполнить роль объединяющего фактора и стимула к прогрессивному движению. Эта задача уже длительное время безуспешно требует своего решения, для чего необходимо создание в обществе новой морально-психологической ситуации. В противном случае духовно-нравственный вакуум и неопределенность перспектив приведут нас в сети, умело расставляемые апологетами «твердой руки» и возврата в консервативное прошлое.

К сожалению, население не всегда готово связать решение этих проблем с той или иной политической идеологией. Во многом это связано с сохраняющейся неразвитостью политических партий, не ставшими пока политическими акторами, которые могли бы инициировать и корректировать конструктивный диалог власти и общества.

По справедливому замечанию Г.В. Мальцева, в современных общественно-политических условиях государство зачастую не способно обеспечить реализацию стратегии индоктринации – идеологического воспитания граждан и пропаганды идей, обеспечивающих добровольное принятие власти.

Преодоление локализации доверия является одной из важных задач современного российского общества, как и других государств, переживающих трансформационные процессы. Процветание безнаказанной преступности стало одной из основных причин возникновения в обществе психологического дискомфорта, чувства незащищенности и постоянной опасности. Росту в обществе нигилистических настроений по отношению к деятельности правоохранительных органов во многом способствует латентная преступность.

В настоящее время государством предпринимаются шаги к восстановлению деформированных звеньев системы социального контроля и организации ее деятельности, исходя из новых реалий. Одним из достаточно сложных барьеров на данном пути является падение авторитета правоохранительных органов, утрата доверия и уважения к ним со стороны преобладающего большинства населения. Этот феномен обусловлен неудовлетворенностью обществом не столько содержанием и объемом компетенции, сколько качеством правоохранительной деятельности, которое переживало процесс перманентного снижения на протяжении длительного времени.

С целью сдерживания нарастающей волны наркотизации специалисты и ученые пытаются выявить ее причины. Некоторые из них, как уже отмечалось, в качестве основных причин роста преступности видят ухудшение экономических условий, другие – рост детской безнадзорности и беспризорности, третьи – культ насилия, господствующий в работе средств массовой информации, четвертые – недостатки действующего законодательства, пятые – нестабильность общественного устройства и т.д.

Безусловно, данные причины оказывают влияние на состояние правосознания, но крайне затруднительно с достаточной долей уверенности только этим объяснить распространение наркомании, особенно среди молодежи. Можно предположить существование определенных социальных закономерностей, обусловленных переходом российского общества в качественно новое состояние и способствующих росту преступности.

Интеграция экономики, включая ее техническое совершенствование, повлекла за собой и побочное следствие – интеграцию нелегальной экономики. Наркобизнес, наряду с незаконной торговлей оружием составляющий значительную часть теневой экономики, активно использует интеграционные процессы для усиления своего влияния на мировое пространство. Организатором прогрессирующего процесса незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ является транснациональный наркобизнес, который не только постоянно наращивает свои объемы, но и развивается в направлении материально-технического и технологического вооружения.

Большинством исследователей отмечается высокий уровень организованности преступности в сфере наркоторговли, что обусловлено спецификой рассматриваемой разновидности криминальной экономики, предусматривающий систему производства сырья, переработку, транспортировку, контрабанду и разветвленную сеть сбыта. Это свидетельствует о том, что процесс наркотизации общества рассматривается криминальными структурами прежде всего с точки зрения экономических интересов.

Сыграла свою роль естественная либерализация правовых барьеров на пути наркобизнеса – следствие общей либерализации правового режима на постсоветском пространстве. Только во второй половине девяностых годов в России начала формироваться адекватная сегодняшним условиям и международным стандартам система антинаркотического законодательства, но этот процесс, как уже отмечалось, развивается медленно, равно как не организовано эффективное правоприменение существующей юридической базы.

Кроме того, наркотизация стала в России своеобразной «платой за свободу», следствием глобального «социального аутсайдерства», когда многие люди оказываются вне существующего общества, выталкиваются из него. Это происходит в результате дефектности социализации, которая приобрела стихийный, неуправляемый характер. Российское общество утрачивает систему социального контроля над процессом становления подрастающего поколения, многие традиционные институты социализации, такие как семья, школа, детские и молодежные организации теряют свое значение, а на смену им, кроме горьковских университетов «улицы», ничего не пришло.

В результате процесс социализации носит все более негативный характер, граждане испытывают в настоящее время в большей степени духовный прессинг криминального мира и его ценностей, а не позитивное влияние институтов гражданского общества.

Именно деформация социализации, вызванная кризисом семьи, системы образования и воспитания, отсутствием эффективной государственной молодежной и детской политики и другими причинами, ведет к наркотизации.

Другой особенностью современного состояния наркотической ситуации в России является значительный рост проявлений криминальной агрессии как выражение экстремальности политической и экономической ситуации в стране. Известно, что агрессия имеет как внешнюю, так и интрасубъектную направленность. Интрасубъектная направленность агрессии прежде всего выражается в суициде. В России в последние годы на 100 тыс. населения совершалось 60-70 самоубийств, что в 3-3,5 раза превышает среднемировой уровень суицида, установленный Всемирной организацией здравоохранения. Криминальное проявление агрессии выражается прежде всего в таких формах насилия как умышленные убийства, причинения тяжкого вреда здоровью.

Тенденция развития уровня преступности в прошедшие десятилетия неуклонно и ускоренно ухудшалась, и ее современный уровень (с количественной точки зрения) вовсе не является неожиданностью. За период с 1960 по 2000 гг. коэффициент преступности в России удваивался каждые 15 лет, и если эта тенденция сохранится, то уже через 60 лет Россию ожидает криминологический коллапс: большинство ее взрослого мужского населения будет причастно к преступности.

Анализ насильственной преступности свидетельствует о таких негативных тенденциях, как рост жестокости, широкое использование огнестрельного оружия, распространение заказных убийств, учащение случаев захвата заложников и, наконец, проявление агрессии как самоцели.

Характеристика преступности в России позволяет выделить негативные тенденции, имеющие общенациональное значение:

  • Количественный рост преступности в целом.
  • Значительное увеличение в структуре преступности доли тяжких и особо тяжких преступлений.
  • Существенное изменение мотивации противоправного поведения (широкое распространение корыстных преступлений).
  • Преобладание среди преступников лиц без постоянного источника дохода, что тесно связано с резкой дифференциацией населения по имущественному положению, обусловленной продолжающимися кризисными социально-экономическими процессами.
  • Увеличение относительного удельного веса преступности несовершеннолетних.

Приведенный анализ показывает, что криминогенная ситуация в России остается сложной. Законопослушное население страны не ощущает своей безопасности, не чувствует себя защищенным от преступных посягательств, что отражается на общем климате доверия по отношению к государству.

Правоохранительные органы в государственном механизме занимают специфическое место в силу возложенных на них задач по борьбе с преступностью, охране общественного порядка, обеспечению безопасности граждан. Для этого они наделены особыми государственно-властными полномочиями, подкрепленными необходимыми средствами и методами принуждения, приемами силового воздействия на правонарушителей вплоть до применения огнестрельного оружия.

Данная деятельность неизбежно сопряжена с вторжением при необходимости в личную жизнь человека, что обусловливает исключительную остроту вопроса о негативном отношении населения к правоохранительным органам и низкой степени доверия к ним. В правоохранительных органах обыватель, в основном, усматривает только силу, которая должна противостоять преступности. Борьба с преступностью задает основные содержательные и структурные параметры деятельности правоохранительных органов, а то, что оказывается за рамками борьбы с преступностью, воспринимается уже как менее значимое.

Узкий диапазон осознания только репрессивного значения функций правоохранительных органов инициирует прогрессирующий рост их отчужденности от общества. Проблема заключается в непонимании большей части населения того, что органы правопорядка не определяют состояние правоотношений и уровня преступности. Правовая ситуация определяется не только уровнем профессионализма и добросовестностью сотрудников, а в первую очередь уровнем развития общества, материальным благополучием граждан, их нормативной и ценностной культурой. Нарушение законов, несоблюдение элементарных прав и свобод человека, массовый произвол должностных лиц, коррупция, рост преступности свидетельствуют о низкой правовой культуре всего общества.

Система не заинтересована показывать реальное состояние преступности, поскольку нередко это влечет негативные последствия для сотрудников. В результате возникает парадоксальная ситуация, когда укрытие преступлений от учета, произвольное манипулирование статистикой составляют положительные факторы для органов государственной власти, выстраивают фундамент для иллюзорного движения вперед по пути укрепления безопасности и правопорядка.

Задачи, функции, средства и процедуры их реализации определяют касающийся практически всех граждан России объем коммуникаций, взаимоотношений правоохранительных органов и населения. Это подтверждает, что правоохранительные органы по разнообразию регулирующих, контролирующих, разрешающих и профилактических функций являются самым дифференцированным и действительно ближайшим к населению звеном государственной власти.

Правоохранительные органы не могут отделять себя от общества, так как сами представляют собой часть общества, со всеми присущими ему недостатками. Однако правоохранительные органы обязаны очищаться от недостатков с более высокими, опережающими темпами, иначе они ни морально, ни физически не смогут успешно обеспечивать защиту законопослушного населения.

Критерии оценки деятельности правоохранительных органов должны реально, а не на словах стимулировать возвращение доверия народа к государству. На рост наркотизации в России, как и на всем постсоветском пространстве, оказывает влияние не только слабость правоохранительной системы, но и ее традиционная ориентированность на приоритет защиты интересов государства и общественной собственности, а не прав и свобод личности.

Уровень преступности, как известно, директивами и приказами не снижается. Вот почему степень эффективности борьбы с незаконным оборотом наркотиков целесообразно определять не количественным анализом массива совершенных преступлений, а интенсивностью и качеством их раскрытия, привлечением к ответственности наркодельцов, а не наркоманов, являющихся во многом жертвами просчетов в социальной политике государства.

Правоохранительная деятельность органически вплетена в социальную жизнь общества. Поэтому ни сама правоохранительная деятельность, ни ее эффективность, ни используемые для ее оценки критерии и показатели не могут стать объективно направленными вне связи с социальными реалиями, интересами и потребностями населения.

В первую очередь, требует безотлагательного решения проблема обеспечения полноты регистрации преступлений в сфере наркооборота. Создание в России Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков, безусловно, стало позитивным шагом в повышении эффективности государственной политики в указанной сфере. Вместе с тем, ответственность за предупреждение и выявление преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков, несут и органы внутренних дел. Очень важно, чтобы возникающие нередко разногласия между двумя силовыми ведомствами (МВД России и Федеральной службой наркоконтроля) не инициировали эффект «перетягивания каната», результатом которого станет междоусобное противостояние.

Одним из приоритетных направлений противодействия наркотизации представляется минимизация фактов укрытия наркопреступлений от учета. Фактически невозможно обеспечить эффективную борьбу с незаконным оборотом наркотиков, если не иметь адекватного представления о реальных масштабах распространения наркомании.

Экстраполируя современные тенденции преступности России, криминологи (В.М. Баранов, Ю.В. Баулин, С.С. Горяинов, О.А. Колобов, В.Н. Кудрявцев, В.В. Лунеев) высказывают опасение, что преступность приближается «к национальному порогу качественного и количественного насыщения», что именно преступность сейчас реально выступает едва ли не важнейшим препятствием демократических преобразований, поскольку «политическая и экономическая свобода не может существовать с петлей преступности на шее».

Существует мнение, что демократия и либерализм оказываются крайне неэффективными в противодействии наркотизации. Успешное противостояние преступности представляется как рациональная, хорошо организованная работа каждой личности, общества и государства. К обеспечению организации такой деятельности необходимо привлечь максимум воли и ресурсов, а также национальный и межгосударственный опыт борьбы с наркопреступностью.

Принимая во внимание прогнозируемый рост наркопреступности, следует отметить, что ресурсные (прежде всего кадровые) возможности и квалификация правоохранительных органов должны также возрастать темпами, опережающими рост преступности. Пока состязание с наркобизнесом государство проигрывает, поэтому достаточно актуальной представляется задача получения объективной криминологической картины наркотической ситуации в обществе и оценки реальных возможностей общества в профилактике преступности.

Кроме того, необходимо обеспечить соблюдение обязательных требований к функционированию общегосударственной системы профилактики наркотизации:

  • упреждающий характер воздействия, подразумевающий своевременность и адекватность принимаемых мер, на основе анализа результатов непрерывного многопрофильного мониторинга оперативной, социально-экономической и социально-политической обстановки в сочетании с объективным прогнозом ее развития;
  • комплексный характер воздействия, обеспечивающий эффективное использование сил и средств государственных органов и общественных структур;
  • единое управление на федеральном уровне, реализующее цели и задачи профилактики наркотизации общества.

Настроение общества, как и любое другое социальное настроение, не отличается стабильностью, однако это не лишает его внутренней готовности к сопротивлению обстоятельствам. У населения появилось явно выраженное чувство стремления к покою, безопасности, что выражается в обращении к силе, которая сможет защитить население от произвола, правового беспредела.

Характер взаимоотношений между государственными органами и населением представляет собой один из значимых индикаторов социально-политической ситуации в стране. Незаконные действия сотрудников органов государственной власти в отношении прав и свобод личности или даже пренебрежительное отношение воспринимаются гражданами очень остро и болезненно.

Проблемой выступает и то, что подчас государство не только неэффективно выполняет свои функции, но и само нарушает права граждан. Факты беззакония в деятельности властных структур опасны не только тем, что причиняют непосредственный вред конкретному лицу, но и порождают правовой нигилизм общества. Люди теряют уверенность в своей защищенности государством.

Последние десятилетия развития страны не изменили к лучшему характер отношений граждан к государству, а напротив, усугубили его. Криминогенное влияние таких факторов, как социально-экономическое расслоение, очевидные проявления первоначального накопления капитала в форме массового обмана населения, рост бедности, безработицы с одновременным ростом неправедно нажитого богатства на другом полюсе, рухнувшее и с трудом воссоздаваемое правовое поле, прерванные экономические и организационные связи, «растворение» элементов культурной инфраструктуры ухудшили наркотическую ситуацию.

Рассогласование взаимодействия граждан и государства, являющееся итогом ошибочной, ориентированной на параметры государственной самооценки внутренней политики, находит свое выражение не только в росте наркотизации, но и в поведении законопослушных граждан, в их реакции на наркоманию, в оценках способности государства обеспечить общественную безопасность.