Напоминает клинику затяжного невроза навязчивых состояний с явлениями разнообразных обсессивных и ипохондрических расстройств, ауто-, сомато- и аллопсихической деперсонализации, а также, особенно в подростковом и юношеском возрасте, с транзиторными дисморфоманическими переживаниями. Эти больные характеризуются чрезвычайной тревожностью по совершенно незначительному поводу (пантревожность), причем тревога обычно ни с чем не связана и значительно усиливается при наличии какого-то соматического неблагополучия, но она всегда диффузна и неконкретна. Навязчивые страхи всегда сопровождаются  различными защитными действиями (ритуалами). Иногда эти ритуалы сами сопровождаются выработкой защитных действий против самих себя.

Иногда навязчивые страхи и ритуалы начинают приобретать характер насильственности, превращаясь со временем в синдром психического автоматизма. Иногда навязчивости с самого начала носят нелепый характер, например страх отдельных букв алфавита, страх готического шрифта, страх радуги или подснежников. В самом фобическом феномене компонент страха обычно замещается паникой. Панические фобии могут привести к суицидальному поведению. Ритуалы нередко занимают ведущее положение в клинической картине заболевания, целиком определяют поведение больных, иногда они полностью изолируются от общества (пациенты из-за этого оставляют работу или учебу, месяцами не выходят из дома, чувствуют себя в безопасности только в пределах своей квартиры).

Ипохондрические жалобы при псевдоневротической шизофрении предъявляются в необычной, вычурной форме (болят эритроциты, моча как бы закипает в мочевом пузыре, в голове — «мозговые волны», как прилив и отлив на море, кровь почти останавливается). Ипохондрия часто сопровождается нелепыми сенестопатическими ощущениями («из-за ускорения кровотока эритроциты, как в центрифуге, отделяются от лейкоцитов и это приводит к появлению "боли расставания" во всем теле»). Астенические переживания при этой разновидности шизофрении отличаются стойкостью и монотонностью, они не снимаются отдыхом и не уменьшаются при облегченном трудовом режиме. Деперсонализация может касаться всех частей физического Я, вплоть до ощущения потери собственной массы тела и недействия на него закона всемирного тяготения. Аутопсихическая деперсонализация нередко мучительно переживается больным как потеря способности сочувствовать, сопереживать, разделить горе с близкими или друзьями. При дисморфоманических расстройствах убеждение в своем уродстве касается, как правило, почти идеальной части тела, в то время как реальный дефект попросту игнорируется.